Преддверие: От Октябрьской революции к политическому кризису
После Октябрьской революции, установившей советскую власть через СНК и ВЦИК, назревал политический кризис. Большевики во главе с Лениным, для диктатуры пролетариата, столкнулись с Учредительным собранием. Его состав, с преобладанием эсеров и меньшевиков, предвещал скорый разгон и угрозу гражданской войны к январю 19 года.
Заседание, состав и противостояние в Таврическом дворце
Холодный январь 19 года ознаменовался кульминационным моментом в послереволюционной России. 5 января ( января по новому стилю) в Петрограде, в стенах величественного Таврического дворца, наконец-то собралось долгожданное Учредительное собрание. Его созыв был одним из ключевых требований всех революционных сил, включая самих большевиков, до прихода их к власти. Однако, после триумфа Октябрьской революции, отношение Ленина и его сторонников к этому институту кардинально изменилось. Они видели в нём угрозу для установленной ими советской власти и для концепции диктатуры пролетариата, которую они так активно продвигали.
Состав Учредительного собрания оказался крайне неблагоприятным для большевиков. По итогам выборов, проведенных ещё в ноябре 1917 года, подавляющее большинство мест заняли представители партии эсеров (Социалистов-революционеров), обладавшие огромной поддержкой среди крестьянства. Значительное представительство имели также меньшевики и другие мелкобуржуазные партии. У большевиков, несмотря на их недавнюю победу в столицах, было всего около четверти от общего числа делегатов. Этот дисбаланс сил предвещал неминуемый политический кризис и ожесточенное противостояние.
Заседание открылось в атмосфере напряженности и взаимных обвинений. С самого начала стало ясно, что компромисс между большевиками и остальными фракциями практически невозможен. Представители ВЦИК, высшего органа советской власти, и СНК (Совета Народных Комиссаров), исполнительной власти, выдвинули свои ультиматумы. В частности, большевистская фракция, по указанию Ленина, потребовала от Учредительного собрания признания всех декретов Октябрьской революции, включая «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа», которая фактически узаконивала новую форму правления и передавала всю власть Советам. Принятие этой декларации означало бы самороспуск Учредительного собрания как верховного органа власти и его полное подчинение советской власти.
Естественно, большинство депутатов, представлявших эсеров и меньшевиков, отказались принять эти условия. Они настаивали на том, что Учредительное собрание является единственным легитимным выразителем воли народа и призвано определить дальнейшее государственное устройство России. Они начали работу над принятием собственной резолюции, которая шла вразрез с большевистскими планами. Дебаты были бурными, сопровождались взаимными выкриками, оскорблениями и угрозами.
На улицах Петрограда обстановка также была накалена до предела. Сторонники Учредительного собрания вышли на демонстрации в его поддержку, но они были жестко подавлены верными большевикам отрядами Красной гвардии и революционных матросов. Уже в течение дня 5 января стало очевидно, что большевики не намерены терпеть несогласие и готовы пойти на крайние меры, чтобы сохранить и укрепить свою власть. Это было предвестником неизбежного разгона, который должен был положить конец этой короткой, но драматической главе в истории российской революции. Таким образом, заседание в Таврическом дворце, вместо того чтобы стать символом демократии, превратилось в арену ожесточенного противостояния, где судьба молодого советского государства висела на волоске, а будущее страны неумолимо скатывалось к полномасштабной гражданской войне.
Решение о роспуске: Большевики и декрет ВЦИК
После непримиримого противостояния большевики во главе с Лениным осознали: Учредительное собрание, где доминировали эсеры и меньшевики, создаёт острый политический кризис. Отказ Собрания признать «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа», утвержденную ВЦИК, расценивался как неприятие советской власти и принципов диктатуры пролетариата, завоеванных Октябрьской революцией. Для Ленина сохранение Собрания угрожало социализму, формируя плацдарм для контрреволюции,
Большевики, заручившись поддержкой левых эсеров, приняли решение о немедленном разгоне Учредительного собрания. Юридически это оформилось ночью 6 (19) января 19 года. ВЦИК (Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов), высший законодательный орган советской власти, экстренно собрался.
На заседании ВЦИК был принят исторический «Декрет о роспуске Учредительного собрания». Он безапелляционно утверждал, что Собрание, избранное по устаревшим спискам до Октябрьской революции и не выражающее волю народа, потеряло легитимность. Его обвинили в отказе признания Советов как единственной формы государственной власти и попытке противостоять преобразованиям. Декрет провозглашал: «всякая попытка со стороны кого бы то ни было присвоить себе несвойственные Советской власти функции является контрреволюционной». Так создавалась правовая основа прекращения деятельности Учредительного собрания. Исполнение декрета о роспуске возлагалось на СНК (Совет Народных Комиссаров), возглавляемый Лениным, что фактически утверждало единоличную власть большевиков и неизбежно вело к эскалации гражданской войны, окончательно устанавливая диктатуру пролетариата.
Ночь 6-7 января 19 года: Матрос Железняков и разгон
После принятия декрета о роспуске Учредительного собрания, выполнение этого судьбоносного решения было возложено на вооруженные силы, верные большевикам и советской власти. Центром событий стал Таврический дворец в Петрограде, где продолжалось заседание Собрания. Несмотря на явную угрозу и уже принятый ВЦИК декрет о роспуске, депутаты, преимущественно эсеры и меньшевики, продолжали работу, пытаясь игнорировать складывающуюся реальность.
Ночью с 6 на 7 января 19 года, когда стрелки часов уже перевалили за полночь, в зал заседания Учредительного собрания вошел матрос Железняков, командир караула, обеспечивающего порядок в Таврическом дворце. Его появление было предвестником неминуемого финала. Простым, но решительным тоном, ставшим впоследствии легендарным, он обратился к председательствующему Виктору Чернову, лидеру эсеров. Фраза, вошедшая в историю: «Караул устал» – была не просто констатацией факта. Это был ультиматум, за которым стояла вся мощь Октябрьской революции и формирующейся диктатуры пролетариата.
Матрос Железняков, как представитель новой власти, чётко заявил о прекращении работы Учредительного собрания. Депутатам было предложено немедленно покинуть Таврический дворец. Сопротивление было бесполезным и небезопасным. Вокруг дворца, а также внутри него, находились вооруженные силы, лояльные большевикам. Любая попытка не подчиниться могла привести к кровопролитию, к немедленной эскалации гражданской войны. Депутаты, осознав безвыходность своего положения и невозможность продолжить заседание в условиях полного контроля большевиков, подчинились. Утренние попытки вновь собраться в Таврическом дворце также были пресечены вооруженным караулом, выполнившим приказ о полном разгоне Учредительного собрания. Так была поставлена окончательная точка в существовании этого учреждения, рождённого после Февральской революции, но не принявшего новые реалии, установленные Октябрьской революцией. События этой ночи стали ярким свидетельством перехода от декларируемой многопартийности к установлению однопартийной системы и укреплению советской власти.
Последствия роспуска: От диктатуры к гражданской войне
Разгон Учредительного собрания большевиками в январе 19 года стал переломным моментом в российской истории, ознаменовавшим переход от многопартийной, пусть и крайне нестабильной, политической системы к однопартийной диктатуре пролетариата. Это событие имело колоссальные последствия, в корне изменившее дальнейшее развитие страны и спровоцировавшее полномасштабную гражданскую войну.
Во-первых, разгон Собрания окончательно подтвердил решимость Ленина и большевиков не делиться властью ни с какими другими политическими силами. Если до этого ещё оставалась призрачная надежда на коалиционное правительство или хотя бы на конституционное разрешение политических противоречий, то теперь стало ясно, что советская власть, представленная ВЦИК и СНК, готова идти на самые радикальные меры для удержания и укрепления своих позиций. Это стало прямым сигналом для всех оппозиционных партий – эсеров, меньшевиков, кадетов – что их политическая борьба против большевиков в правовом поле бессмысленна и что единственным способом сопротивления остаётся вооруженное противостояние.
Во-вторых, разгон Учредительного собрания лишил большевиков даже формальной легитимности в глазах значительной части населения, которая возлагала надежды на Собрание как на высший демократический орган. Несмотря на то, что результаты выборов в Собрание не полностью отражали текущую политическую ситуацию после Октябрьской революции, многие граждане всё же рассматривали его как гарант законности. Его упразднение углубило раскол в обществе и способствовало консолидации антибольшевистских сил, которые теперь могли аргументировать свою борьбу не только идеологическими разногласиями, но и защитой демократических принципов;
В-третьих, это событие стало одним из непосредственных триггеров для начала широкомасштабной гражданской войны. Разгневанные разгоном Собрания, бывшие депутаты, особенно эсеры, активно включились в формирование антибольшевистских правительств и вооруженных отрядов в различных регионах страны. Например, Комитет ов Учредительного собрания (Комуч) стал одним из центров сопротивления на востоке России. Этот акт послужил катализатором для мобилизации всех противников советской власти, от монархистов до умеренных социалистов, и привел к многолетней кровопролитной борьбе, которая опустошила страну и привела к миллионам жертв.
Таким образом, разгон Учредительного собрания был не просто эпизодом, а поворотным пунктом, закрепившим авторитарный характер советской власти и погрузившим Россию в хаос гражданской войны. Он показал, что большевики были готовы пожертвовать демократическими идеалами ради установления диктатуры пролетариата, что имело далекоидущие и трагические последствия для всей страны.
